Мне очень хочется верить, что такие случаи большая редкость, но практика мне говорит об обратном. Даже на нашу большую и необъятную, пару таких случаев это уже много.
Хочу поделиться одной очень интересной историей из практики. Заранее заменил на вымышленные: ФИО, название населенных пунктов, номера ВЧ, отделы ВСО СК.
История «Петрова Алексея Сергеевича» показывает опасную правовую коллизию. В результате преступных действий нескольких лиц: человека могут оформить как военнослужащего без его ведома, получить за него «подъемные» от государства за подписание контракта на участие в СВО, возбудить в отношении него уголовное дело о самовольном оставлении части, а затем прекратить дело, признав отсутствие состава преступления. Но прекращение уголовного дела само по себе не устраняет последствия ошибочного или незаконного оформления документов — особенно если сведения о человеке продолжают использоваться в воинских частях и ведомственных базах.
В такой ситуации главная задача защиты — не ограничиваться постановлением о прекращении дела, а добиваться проверки происхождения документов, исключения гражданина из незаконно сформированных учетных сведений и фиксации любого фактического ограничения свободы.
В чем же суть дела?
В отношении Петрова Алексея Сергеевича было возбуждено уголовное дело по ч. 5 ст. 337 УК РФ — самовольное оставление части или места службы в период мобилизации, военного положения, вооруженного конфликта либо ведения боевых действий. В процессуальных документах он фигурировал как рядовой войсковой части № 00000, якобы проходящий службу и занимающий должность гранатометчика.
Однако постановлением следователя Военного следственного отдела по Северному гарнизону от 24 октября 2025 года уголовное преследование и уголовное дело были прекращены на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ — за отсутствием состава преступления. Основанием явился вывод о том, что по заключению военно-врачебной комиссии Петрову А. С. установлена категория годности «В» — ограниченно годен к военной службе; следователь прямо указал, что он не является субъектом воинских правоотношений и потому не может быть привлечен к ответственности за преступление против военной службы.
Внешне это выглядит как благоприятный исход: дело прекращено, обвинение не предъявлялось, мера пресечения не избиралась. Но для реальной защиты этого недостаточно.
Почему постановление о прекращении — это не счастливый финал?
Постановление от 24.10.2025 содержит принципиальное противоречие, которое требует самостоятельной уголовно-процессуальной проверки.
С одной стороны, в нем описывается версия, по которой Петров А. С. якобы был военнослужащим войсковой части № 00000 и совершил самовольное оставление части. С другой — тот же документ констатирует, что он не является субъектом воинских правоотношений.
Из этого следует ключевой вопрос: «каким образом гражданин, не обладающий надлежащим военно-правовым статусом, оказался оформлен в документах как военнослужащий?»
Для ответа недостаточно только прекратить дело по ст. 337 УК РФ. Необходимо установить:
- на основании каких конкретно документов лицо было включено в воинский учет или списки личного состава;
- имеется ли подлинный контракт о прохождении военной службы;
- кому принадлежит подпись в контракте, заявлениях, рапортах и медицинских документах;
- проходил ли гражданин военно-врачебную комиссию лично;
- какие должностные лица формировали документы и вносили сведения в учетные системы;
- производились ли выплаты в связи с предполагаемым заключением контракта и кто стал их фактическим получателем;
- имелись ли признаки служебного подлога, злоупотребления полномочиями или мошенничества.
Правовая проблема здесь не сводится к вопросу «виновен ли гражданин в СОЧ». Она состоит в необходимости расследовать возможное **искусственное формирование военного статуса** человека, который утверждает, что контракт не подписывал и военнослужащим не являлся.
Особое значение имеют сведения о военно-врачебных комиссиях.
В материалах фигурирует заключение ВВК, в котором указано, что Петров А. С. ранее не служил, личного номера военнослужащего не имеет и является поступающим на военную службу по контракту, но при этом ему установлена категория годности «А» — годен к военной службе.
Одновременно имеются сведения, что с 2005 года Петров А. С. не видит одним глазом, а вместо глаза установлен протез. При наличии таких данных любые медицинские документы о признании его полностью годным к военной службе должны быть проверены особенно тщательно: начиная с того, проходил ли гражданин комиссию лично, и заканчивая тем, чьи подписи, печати и сведения содержатся в медицинской документации.
В постановлении о прекращении дела, напротив, отражена категория «В» — ограниченно годен к военной службе. Само наличие взаимоисключающих выводов ВВК не доказывает преступление автоматически, но является достаточным основанием для истребования подлинников документов, проверки маршрута медицинских бумаг, допроса членов комиссий и проведения соответствующих экспертиз.
На практике прекращение уголовного дела не всегда означает, что сведения о лице автоматически исчезают из всех воинских, кадровых и учетных документов.
В рассматриваемой ситуации защита столкнулась с тем, что после прекращения дела гражданин, по имеющимся данным, был задержан военной полицией, доставлен в военную комендатуру и затем в пункт сбора военнослужащих. Дальнейшие сведения указывали на его фактическое удержание и перемещение между различными военными объектами, включая г. Североград, г. Приозёрный, п. Озёрный и, возможно, г. Южноморск.
При этом ключевое значение имеет не формулировка должностных лиц о том, что человека считают военнослужащим, а наличие законных оснований для ограничения его свободы. Если лицо не имеет установленного военно-правового статуса, не задержано в процессуальном порядке, не является обвиняемым или подозреваемым по действующему уголовному делу, не находится под административным арестом и не помещено в специализированное учреждение на предусмотренных законом основаниях, его фактическое удержание требует немедленной проверки.
На предмет каких уголовно наказуемых деяний должны быть проверены действия должностных лиц?
Окончательную квалификацию дает орган расследования. Но заявитель, обращаясь с заявлением о преступлении, вправе указать на признаки составов, которые должны быть проверены.
В подобных обстоятельствах могут ставиться вопросы о наличии признаков:
- ст. 127 УК РФ — незаконное лишение свободы;
- ст. 285 УК РФ — злоупотребление должностными полномочиями;
- ст. 286 УК РФ — превышение должностных полномочий;
- ст. 292 УК РФ — служебный подлог;
- ст. 327 УК РФ — подделка, изготовление или использование поддельных документов;
- ст. 303 УК РФ — фальсификация доказательств, если подложные документы использовались в уголовном деле;
- ст. 159 УК РФ либо ст. 160 УК РФ — если установлено хищение выплат, оформленных на имя гражданина по фиктивному контракту;
- при наличии данных об исчезновении и незаконном перемещении лица — иные составы, квалификация которых зависит от фактически установленных обстоятельств.
Нельзя заранее утверждать виновность конкретных лиц. Но заявление должно содержать проверяемые факты, документы, даты, маршруты перемещений, сведения о должностных лицах и просьбу дать правовую оценку каждому эпизоду.
Как должна строиться защита?
1. Не спорить только с формулировкой «военнослужащий»
Самая распространенная ошибка — ограничиться требованием исключить человека из списков личного состава. Это важное требование, но оно не отвечает на вопрос, кто и как оформил документы.
Позиция защиты должна быть шире: гражданин не подписывал контракт, не проходил надлежащую процедуру поступления на службу, а документы, которыми подтверждается обратное, нуждаются в проверке на подлинность.
2. Истребовать оригиналы, а не копии. Необходимо требовать подлинники:
- контракта и всех приложений к нему;
- заявления о поступлении на военную службу;
- рапортов и приказов;
- личного дела;
- карточек учета;
- документов о включении в списки личного состава;
- документов о выдаче оружия, обмундирования, продовольственного и денежного довольствия;
- всех заключений ВВК;
- журналов приема, перемещения и передачи личного состава;
- актов приема-передачи;
- путевых листов и документов на конвоирование;
- сведений о банковских реквизитах и выплатах.
Только оригиналы позволяют назначить почерковедческую, технико-криминалистическую экспертизу документов и установить последовательность их оформления.
3. Проверить подписи.
Если гражданин утверждает, что контракт не подписывал, необходимо добиваться почерковедческой экспертизы. Для этого нужны как спорные документы, так и свободные и экспериментальные образцы почерка и подписи.
Важно поставить перед экспертом не общий вопрос «подлинна ли подпись», а конкретные вопросы:
- выполнена ли подпись от имени Петрова А. С. им самим;
- выполнена ли подпись одним лицом или разными лицами;
- имеются ли признаки технического копирования подписи;
- выполнены ли рукописные записи самим Петровым А. С.;
- имеются ли признаки монтажа, дописки, замены листов или иных изменений документа.
4. Проверить медицинскую документацию.
Необходимо проверить:
- проходил ли гражданин ВВК лично;
- когда, где и какими врачами он осматривался;
- какие исследования проводились;
- каким образом сформирован вывод о категории годности;
- кто подписывал документы;
- имеются ли журналы посещений и медицинские карты;
- соответствует ли заключение ВВК фактическому состоянию здоровья.
5. Немедленно фиксировать местонахождение.
Если есть сведения о фактическом удержании или перемещении человека между частями, обращение должно быть направлено одновременно:
- в Военный следственный отдел по Северному гарнизону;
- в военную прокуратуру соответствующего гарнизона;
- в прокуратуру военного округа;
- в органы ФСБ по военному округу;
- при необходимости — Уполномоченному по правам человека.
В заявлении надо требовать не абстрактной проверки, а конкретных действий: установить местонахождение, опросить должностных лиц, проверить журналы учета, истребовать акты приема-передачи, обеспечить личную безопасность гражданина и исключить его дальнейшее незаконное перемещение.
Что просить в заявлении о преступлении?
Практически полезная просительная часть должна включать требования:
- Зарегистрировать сообщение о преступлении в КУСП.
- Провести проверку по ст. 144–145 УПК РФ.
- Установить точное местонахождение гражданина.
- Пресечь незаконное удержание, если оно подтверждается.
- Истребовать документы из воинских частей, комендатур, пунктов сбора и военной полиции.
- Проверить подлинность контракта и иных документов.
- Назначить почерковедческую экспертизу.
- Проверить документы ВВК и реальное состояние здоровья.
- Установить получателей всех выплат, оформленных в связи с предполагаемым контрактом.
- Опросить лиц, участвовавших в задержании, конвоировании и передаче гражданина.
- Дать правовую оценку действиям должностных лиц.
- При наличии оснований возбудить уголовное дело.
- Признать гражданина потерпевшим и допустить представителя к участию в проверке и расследовании.
История Петрова Алексея Сергеевича показывает, что прекращение уголовного дела за отсутствием состава преступления — это не просто основание считать человека невиновным. В определенных обстоятельствах оно становится исходной точкой для проверки более серьезного вопроса: кто и почему мог сформировать документы о военном статусе гражданина, который этот статус отрицает.
Если человек не подписывал контракт, не проходил ВВК, не был надлежащим образом зачислен на военную службу, а его данные фигурируют в воинских и процессуальных документах, защита должна действовать одновременно по нескольким направлениям: оспаривать учетный статус, инициировать проверку подлинности документов, добиваться установления местонахождения, фиксировать факты ограничения свободы и требовать расследования возможных должностных преступлений.
Промедление в таких делах опасно: документы могут быть заменены или утрачены, журналы перемещений — скорректированы, а сведения о фактическом нахождении человека — скрыты. Поэтому ключевой принцип защиты — быстрое документирование всех обстоятельств и параллельное обращение в следственные, прокурорские и контрольные органы.
Конкретно этого Петрова мне удалось разыскать на одном из полигонов на просторах СВО. К тому моменту как мне удалось его оттуда забрать, он будучи гражданским и инвалидом, у которого нет одного глаза, трижды успел побывать в штурмовых вылазках. Сейчас он дома, со своей семьей, а я продолжаю заниматься этим делом вместе со следственными органами в надежде на то, что получится установить и наказать тех кто подписал за него контракт, и получил от нашего государства «подъемные».
ВНИМАНИЕ! Ввиду того, что не бывает двух абсолютно одинаковых историй, нельзя воспринимать эту статью как универсальную шпаргалку. КАЖДЫЙ СЛУЧАЙ ИНДИВИДУАЛЕН.
БЕРЕГИТЕ СВОИХ БЛИЗКИХ, СЕБЯ И СВОИ ПЕРСОНАЛЬНЫЕ ДАННЫЕ!
