Преимущества ведения бизнеса в форме общества с ограниченной ответственностью вытекают из несложного порядка учреждения и ограничения ответственности участников по обязательствам общества пределами стоимости доли в уставном капитале, что считается гибким механизмом извлечения прибыли.
Вместе с тем, чтобы ограниченная ответственности не проистекала только из закона, а реально работала на защиту личных активов участников, необходимо обособить деятельность компании посредством создания прозрачной и понятной системы корпоративного управления, позволяющей связать хозяйственную деятельность юридического лица с обычным предпринимательским риском.
Игнорирование порядка принятия решений в отношениях учредителей с обществом лишает органы управления инструмента защиты принятия делового решения, позволяющего отделить недостаточность имущества компании, возникшего вследствие обычного предпринимательского риска, от недостаточности имущества, возникшего в результате действий самих участников, рассматривая юридическое лицо в обороте не более чем их «продолжение» (alter ego), в связи с чем утрачивается принцип обособленности имущества юридического лица, что возлагает на учредителей (директора) субсидиарную ответственность по всем обязательствам, разрушая принцип ограниченной ответственности и не только в процедуре банкротства (A17-3159-2022_20240325_Opredelenie.pdf (arbitr.ru), A40-293090-2022_20240322_Opredelenie.pdf (arbitr.ru)), такой подход применяется по требованиям компании о взыскании убытков к директору (A62-4432-2021_20220310_Postanovlenie_apelljacionnoj_instancii.pdf (arbitr.ru), A62-6433-2020_20221228_Postanovlenie_apelljacionnoj_instancii.pdf (arbitr.ru)).
Таким образом, при выборе ведения бизнеса по форме общества с ограниченной ответственностью именно посредством корпоративных процедур достигается присущая данной форме обособленность и обеспечивается самостоятельность юридического лица как субъекта правоотношений, что в конечном итоге разграничивает деятельность юридического лица и его имущества от имущества учредителей, при этом само по себе избрание формы ограниченной ответственности без должного оформления не защитит от субсидиарной ответственности и по требованиям самой компании о возмещении причиненных ей убытков органами управления.
Мы не рассматриваем ситуации, когда наоборот с помощью корпоративных решений прикрываются действия учредителей с активами компании, за счет активов юридического лица обеспечиваются личные интересы участников (строится дом, членам семьи приобретаются автомобили и т.д.), что само по себе является основанием субсидиарной ответственности независимо от способов и форм приятых решений. Преимущества ведения бизнеса в форме общества с ограниченной ответственностью вытекают из несложного порядка учреждения и ограничения ответственности участников по обязательствам общества пределами стоимости доли в уставном капитале, что считается гибким механизмом извлечения прибыли.
Вместе с тем, чтобы ограниченная ответственности не проистекала только из закона, а реально работала на защиту личных активов участников, необходимо обособить деятельность компании посредством создания прозрачной и понятной системы корпоративного управления, позволяющей связать хозяйственную деятельность юридического лица с обычным предпринимательским риском. Одним из инструментов корпоративного управления выступают решения общего собрания участников, удостоверенные нотариусом или в ином, утвержденном уставом порядке, что на практике зачастую игнорируется ввиду недопонимания роли и последствия правильного оформления принятого решения, так как дать указания «по звонку» намного проще и быстрее, чем соблюсти сроки и порядок процедуры.
Игнорирование порядка принятия решений в отношениях учредителей с обществом лишает органы управления инструмента защиты принятия делового решения, позволяющего отделить недостаточность имущества компании, возникшего вследствие обычного предпринимательского риска, от недостаточности имущества, возникшего в результате действий самих участников, рассматривая юридическое лицо в обороте не более чем их «продолжение» (alter ego), в связи с чем утрачивается принцип обособленности имущества юридического лица, что возлагает на учредителей (директора) субсидиарную ответственность по всем обязательствам, разрушая принцип ограниченной ответственности и не только в процедуре банкротства (A17-3159-2022_20240325_Opredelenie.pdf (arbitr.ru), A40-293090-2022_20240322_Opredelenie.pdf (arbitr.ru)), такой подход применяется по требованиям компании о взыскании убытков к директору (A62-4432-2021_20220310_Postanovlenie_apelljacionnoj_instancii.pdf (arbitr.ru), A62-6433-2020_20221228_Postanovlenie_apelljacionnoj_instancii.pdf (arbitr.ru)).
Таким образом, при выборе ведения бизнеса по форме общества с ограниченной ответственностью именно посредством корпоративных процедур достигается присущая данной форме обособленность и обеспечивается самостоятельность юридического лица как субъекта правоотношений, что в конечном итоге разграничивает деятельность юридического лица и его имущества от имущества учредителей, при этом само по себе избрание формы ограниченной ответственности без должного оформления не защитит от субсидиарной ответственности и по требованиям самой компании о возмещении причиненных ей убытков органами управления. * статья не является разъяснением законодательства, официальным толкованием, носит рекомендательных характер.
