11 ноября 2025года Конституционный суд РФ вынес определение № 2916-О “Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Король
Ольги Валентиновны на нарушение ее конституционных прав
пунктом «а» части первой и частью третьей статьи 1041 Уголовного
кодекса Российской Федерации” по жалобе гражданки Король О.В.
Суть определения такова, если взятка превращена в недвижимость и оформлена на третьих лиц, такое имущество не защищается правом собственности, даже если это единственное жилье. Родственные связи, отсутствие приговора и ссылки на добросовестность не спасут — если человек знал или должен был знать о происхождении денег, объект подлежит конфискации в полном объеме.
Приговором районного суда от 18 июля 2022 года гражданин П. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью шестой статьи 290 УК Российской Федерации. Как установил суд, П. за совершение незаконных действий в пользу юридического лица получил взятку в виде иного имущества в особо крупном размере – двух квартир и, желая скрыть данный факт, убедил О.В.Король, являющуюся его тещей, зарегистрировать за ней право собственности на эти квартиры.
С учетом этого суд постановил конфисковать в собственность государства указанные квартиры. В части решения о конфискации приговор суда оставлен без изменения апелляционным определением краевого суда от 30 января 2023 года, которым отклонены доводы жалобы О.В.Король о нарушении ее конституционных прав и об отсутствии у нее иного жилья, кроме конфискованного. В частности, суд указал, что О.В.Король, которая не оплачивала и не могла оплатить сделки купли-продажи этих квартир, но представила документы (расписки) с недостоверной информацией, не могла не знать о получении квартир в результате преступных действий П. С этими решениями согласились вышестоящие суды (определение судебной коллегии по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 11 октября 2023 года, постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации от 3 июня 2024 года).
Доводы КС РФ
Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, данное законоположение не предполагает распространение нормы о конфискации на имущество иных (помимо прямо указанных в ней) лиц, включая добросовестных приобретателей (определения от 23 июня 2015 года № 1520-О и от 28 сентября 2021 года № 2114-О). При этом по смыслу пункта 8 части первой статьи 73 УПК Российской Федерации и в соответствии с принципом законности, предъявляющим требования обоснованности и мотивированности к судебным решениям (часть четвертая статьи 7 этого Кодекса), факт того, что лицо, принявшее имущество, которое подлежит конфискации, знало или должно было знать, что оно получено в результате преступных действий, требует доказывания в рамках уголовного дела.
Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 30 мая 2025 года № 25-П, само по себе осознание того, что совершение преступления влечет такое последствие, как конфискация имущества, подкрепленное сведениями о реальных случаях, когда такие последствия наступают, выступает фактором сдерживания преступлений. Более того, и для лица, которое само не причастно к совершению преступления, но осознает получение имущества именно в результате его совершения, это является дополнительным стимулом для принятия мер по отказу от принятия имущества или от получения доходов от такого имущества.
Во всяком случае лицо, непричастное к преступлению и к получению имущества в результате его совершения, но которое знало или должно было 7 знать о его приобретении в результате преступных действий и которому передано это имущество и (или) которое получило доходы от него, исходя из части третьей статьи 104.1 УК Российской Федерации не лишено возможности осознавать, что такое имущество и все доходы от него подлежат конфискации.
Соответственно, лицо, которому передано имущество, полученное в результате совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями, указанными в пункте «а» части первой статьи 104.1 УК Российской Федерации (в том числе взяточничества), если оно знало или должно было знать о преступном происхождении такого имущества, не лишено возможности осознавать как уголовно-правовые последствия в виде обязательной конфискации такого имущества, так и их распространение не только на это имущество в его первоначальном виде, но и на все последующие улучшения, неотделимые от него.
Поскольку получение взятки не предполагает правомерного возникновения права собственности, постольку предмет взятки не может быть оставлен в пользовании ни лица, получившего взятку, ни лица, которому по указанию взяткополучателя он передан, даже если этот предмет является жилым помещением, в том числе единственным.
А потому любое полученное или купленное в результате получения взятки или на средства от взятки имущество подлежит изъятию с выселением оттуда всех проживающих в квартире лиц.
