Федеральная палата адвокатов (далее ФПА) давно лоббирует введение адвокатской монополии, которая оставит доступ к суду лишь юристам со статусом адвоката. Основное обоснование — борьба с нечестными специалистами и более эффективная защита прав граждан. По мнению ФПА, граждане никак не защищены от не недобросовестных юристов, хотя это не соответствует действительности. Российское
г. Волгоград
Жупел адвокатской монополии стоит перед российскими вольными юристами с 2002 года, с самого момента монополизации самой адвокатуры, когда всех адвокатов согнали в загоны адвокатских палат. После этого успешного безчеловечного эксперимента у владельцев учреждённого государством зверинца – бессменного руководства адвокатских палат, возникла навязчивая идея имперской экспансии – надеть этот монопольный намордник на всё юридическое сообщество России.
Два раза нам удавалось отбить попытки тотального закабаления российских вольных юристов в новейшей истории. Министерство юстиции, тогда ещё с весьма вменяемым руководством, прислушивалось к нашим доводам о пагубности монопольной идеи в юридическом секторе, в первую очередь для самого Российского государства. Но в России многое, если не всё, зависит от личности. И после того, как пост министра юстиции занял весьма экстравагантный руководитель, который уже вошёл в историю юриспруденции когда, к примеру, призвал признать декабристов иностранными агентами и поставить права человека на второе место после интересов государства, идея адвокатской монополии получила реальный шанс на жизнь и пошла на третий штурм.
И здесь мы можем со 100% вероятностью предсказать, что будет после введения адвокатской монополии, ибо такая напасть в нашей стране случалась уже дважды.
Первые грабли адвокатской монополии
В 1866 году в Российской империи впервые была учреждена корпоративная адвокатура. В ней было всё как любят современные адвокатские управленцы: высокие цензы на поступление, огромные расходы на содержание аппарата, строгие этические стандарты. В итоге к 1973 году в юридическом сегменте случился коллапс. Присяжных поверенных (адвокатов) было так мало и их юридические услуги были так дороги, что судебная система просто встала из-за недостатка и защитников, и судебных представителей. В итоге в 1874 году правительство отменило адвокатскую монополию, допустив к “хождению по чужим делам” частных поверенных (получали свидетельство в судах) и помощников присяжных поверенных.
Вторые грабли адвокатской монополии
Советская адвокатура 1922 года была монопольной и вполне работоспособной на протяжении практически 60 лет. Но эта адвокатура была частью социалистической системы устройства государства, в которой частная инициатива, а значит и юридические споры, возникающие по ходу её осуществления, были мизерные. Вот в подобных, камерных, в широком смысле этого слова, условиях адвокатская монополия проявила себя прекрасно. Но сама социалистическая система оказалась неконкурентоспособной и мягко, под удовлетворённые выдохи натерпевшихся граждан, самоликвидировалась в восьмидесятых.
Два пути после третьих грабель адвокатской монополии
Вводя адвокатскую монополию, современная российская правящая элита должна чётко видеть перед собой два возможных пути развития ситуации. Первый, если рыночные отношения сохранятся, то монопольные адвокаты просто не потянут юридический рынок и его ждёт коллапс. Второй, если в России будет введен социалистический метод хозяйствования, то уже народ второй раз не потянет такое социальное устройство.
имеет достаточно эффективные механизмы по защите граждан в виде: ст. 159 УК РФ (мошенничество) и Закон РФ от 07.02.1992 N 2300-1 “О защите прав потребителей”(ред. от 04.08.2023).
“Заместитель Министра юстиции Российской Федерации Максим Бесхмельницын сообщил, что Правительство Российской Федерации поручило Минюсту России совместно с заинтересованными органами к 1 октября 2024 года проработать предложение о разработке проекта федерального закона, направленного на развитие адвокатуры и профессионализацию на ее основе судебного представительства”.
Таким образом хотят ввести адвокатскую монополию на судебное представительство, что приведет к тому, что без статуса адвоката профессиональным юристам нельзя будет представлять интересы граждан в судах. Вместе с тем, такая тенденция не может оставить равнодушными профессиональных юристов частной практики. Следует учесть, что адвокатская монополия уже вводилась в России, «она привела к тому, что стоимость услуг адвокатов (которая до сих пор ничем не регламентируется) возросла до таких пределов, при которых квалифицированная юридическая помощь оказалась практически недоступной для большинства граждан, а ее качество существенно снизилось».
Поэтому в 2004–2005 годах от монополии решили отказаться. Возвращение к ней сегодня не даст других результатов, на против на фоне нестабильной ситуации на внутриэкономическом рынке России, секционного давления коллективного запада и СВО, введение адвокатской монополии на рынке юридических услуг, приведёт к отсутствию добросовестной конкуренции между адвокатами и юристами частной практики.
Вследствие, чего это позволит ФПА и адвокатам в частности недобросовестно завышать цены, что приведёт к нарушению конституционных прав граждан, гарантированных ст. 46 и 48 Конституции РФ, а именно люди не смогут в отсутствии доступной квалифицированной юридической помощи получить доступ к правосудию. Таким образом не вполне ясно, как этот результат сочетается с заявленной целью повысить уровень защищенности прав граждан и организаций? Заявители настоящего обращения усматривают в монополии адвокатов не только угрозу ценовой стабильности на рынке юридических услуг, но и крах независимости адвокатуры. Монополия — это контроль входа в профессию и выхода из нее, а значит, неограниченная власть.
Так, например, Алтухов Андрей Петрович объясняет нежелания получения статуса адвоката: «Я не могу преодолеть недоверие к адвокатуре при нарастании государственного патернализма и госреакции во всех сферах. В нашем де-факто несвободном государстве добровольно отказываться от какой-либо свободы — непозволительная роскошь».
Так же опыт зарубежных стран показывает, что главное следствие монополии адвокатов — не повышение качества юруслуг, а их дороговизна и недоступность на фоне кастовости и закрытости профессии. Более того, принятие в адвокатскую корпорацию большого числа новых членов не повысит, а как раз неизбежно снизит качество услуг, уверена Туникова Анастасия Леонидовна. «Едва ли адвокатский экзамен может выступить здесь эффективным барьером. А если мы всерьез в это верим, то не следует ли тогда перенести акцент на предыдущий этап и задуматься о повышении качества юробразования и сложности выпускных экзаменов?» Лагодич Евгений Владимирович согласен с коллегами и считает, что для оставления здоровой конкуренции возможно необходима иная законодательная инициатива, в виде квалификационного допуска юристов-судебников к ведению дел в судах. Ведь на что в основном опирается ФПА при лоббировании законопроекта:
- У адвокатов имеется кодек этики;
- Для получения статуса адвоката необходимо сдать профессиональный экзамен;
- Адвокатские палаты осуществляют контроль и рассматривают жалобы.
Получается для того, чтобы избежать монополии на рынке юридических услуг, следует на базе, например, той же Ассоциации Юристов России (боле 300 тысяч членов):
- Ввести обязательное членство в АЮР для юристов-судебников, что позволит избежать монополии со стороны ФПА;
- Ввести для юристов судебников статус – Судебный советник (например);
- Сделать профессиональный экзамен каждые 5 лет.
- При этом у АЮР имеется свой кодекс этического поведения её членов.
Еще один риск введения монополии — утрата доступа к правосудию из-за дефицита адвокатов. Никто не знает, сколько юристов нужно, чтобы защитить интересы сторон гражданских споров в каждой точке России. «Даже сейчас, в условиях монополии адвокатуры в уголовных делах, есть населенные пункты с судами, полицейскими участками и СИЗО, в которых нет ни одного адвоката на сотни километров вокруг или он один на десятки населенных пунктов. Если к этой ситуации с уголовными делами прибавить гражданские, административные и арбитражные споры, наступит полный коллапс, и правосудие умрет окончательно». Вместе с тем федеральный закон, направленный на развитие адвокатуры и профессионализацию на ее основе судебного представительства, но вводящий по самой своей сути будет прямо противоречить ст. 34 Конституции РФ согласно которой:
- Каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещённой законом экономической деятельности.
- Не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию.
Юристы не отрицают, что вопрос с «серыми» юристами действительно нужно решать. Но, по общему мнению, не путем введения монополии, а создания профессиональных сообществ и выработки единых требований и стандартов для юристов и судебных представителей.
В качестве мягких методов такой борьбы юристы предлагают, например, ввести членство в СРО или обязательное страхование профессиональных рисков. Но никак не адвокатскую монополию, введение которой оставит многих профессионалов судебного представительства не желающих связывать свою деятельность с получением статуса адвоката, за «бортом» профессии, что несомненно приведёт к негативным последствиям, как для юристов частной практики, так и для обычных обывателей.
