Разработчик создал компьютерную программу и передал интеллектуальные права на нее. После чего не смог защитить программу от копирования.
Почти детективная история. Место действия – Красноярск.
(Следите за руками и держите в уме, что в детективе нет посторонних деталей.)
Программист начал работу над кодом для программного комплекса для тех, кто тестирует две стороны жизни: социальную и психологическую.
В ходе работы пришлось привлечь коллег по цеху: сложная задача оттягивала момент релиза. Благо ребята были порядочные и доки в своем деле.
Код хранили на сервере gitlab – сервисе для создателей программного кода.
Настал час выпуска базовой версии программы на рынок. Быстро подвернулся первый заказчик – дали ему право доступа к программе.
Дело пошло.
Вскоре программист и сотоварищи поняли, что пора выходить на новый уровень. Зарегистрировали ООО, программист передал обществу исключительное право на программу.
(Конструкция договора отчуждения исключительных прав.)
Общество зарегистрировало программу в Реестре программ для ЭВМ, указав в качестве ее авторов программиста и его коллег.
По одному из договоров доступ к программе был предоставлен заказчику. Однако спустя пару лет до программиста дошла интересная информация –
Параллельно с исполнением договора заказчик поручил другим программистам разработку продукта, код которого заимствован у программы общества.
- Модификация программы для ЭВМ без разрешения владельца интеллектуальной собственности – повод для иска в суд.
- Так и случилось. Типичен результат судебного разбирательства: другим разработчикам запретили применять код программы общества. Экспертиза сделала свое дело.
Но нетипичен результат работы кассации: решения по делу отменили. Оно снова ушло в суд первой инстанции.
В чем подвох?
Суд по интеллектуальным правам поднял заявку на регистрацию программы общества в Реестра программ для ЭВМ.
И обнаружил занимательный текст: как основание приобретения прав на программу общество указало не договор отчуждения, а тот факт, что общество – работодатель авторов.
По делу доказано, что программу создавал программист вместе с коллегами по цеху.
Но не доказано, что эти коллеги реально были в трудовых отношениях с обществом или программистом (изначально он был ИП).
Один из коллег оспаривал трудовые отношения. А без передачи интеллектуальных прав одним из соавторов рушится вся конструкция передачи прав программисту и обществу.
Плюс сам факт трудовых отношений не гарантирует того, что программа создана именно как служебное произведение.
Конец истории можете отследить по картотеке арбитражных дел, дело А33-8114/2022.
