Что делать если мошенники оформили кредит
Дистанционное банковское обслуживание зачастую становится частью мошеннических схем, когда граждане, поддавшись на обман третьих лиц, непреднамеренно становятся сторонами кредитных договоров. Правовая квалификация таких ситуаций длительное время оставалась проблемной: суды различных инстанций отказывали потерпевшим в защите, возлагая на них риски утраты контроля над средствами аутентификации. Однако в настоящее время в судебной практике установлен подход к оценке добросовестности банков и реализации конституционных прав граждан на защиту от последствий преступлений.
Правовая природа кредитного договора и основания недействительности
- Согласно статье 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, по кредитному договору банк или иная кредитная организация обязуются предоставить денежные средства заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею . Кредитный договор относится к возмездным двусторонним сделкам, порождающим взаимные обязательства сторон.
- Статья 820 ГК РФ устанавливает обязательное требование к форме кредитного договора: он должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора, такой договор считается ничтожным . Данное требование является императивным и не допускает отступлений.
- С развитием дистанционных технологий кредитования законодатель ввел дополнительные гарантии для потребителей финансовых услуг. Федеральный закон “О потребительском кредите (займе)” устанавливает специальные требования к содержанию и порядку заключения кредитных договоров, включая необходимость согласования индивидуальных условий, предоставления полной информации о условиях кредита, обеспечения возможности заемщику ознакомиться с условиями договора до его заключения.
- В соответствии со статьей 7 Закона о потребительском кредите, документы, необходимые для заключения договора, включая индивидуальные условия договора и заявление о предоставлении кредита, могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам. Однако использование таких подписей не отменяет необходимости соблюдения всех установленных законом требований к заключению договора.
Эволюция судебной практики по спорам о признании кредитных договоров недействительными
Длительное время судебная практика по делам о признании недействительными кредитных договоров, заключенных в результате мошеннических действий третьих лиц, складывалась не в пользу потребителей. Суды исходили из того, что сообщение клиентом банка конфиденциальной информации (в частности, SMS-кодов) третьим лицам свидетельствует о ненадлежащем исполнении клиентом своих обязанностей по соблюдению конфиденциальности таких данных, что лишает его права оспаривать совершенные операции.
В Апелляционном определении Свердловского областного суда от 26.07.2024 по делу N 33-11859/2024 суд указал, что “то обстоятельство, что в настоящее время по заявлению истца возбуждено уголовное дело по факту мошеннических действий, само по себе не является безусловным основанием к признанию спорного кредитного договора недействительным” . Аналогичная позиция была выражена в Апелляционном определении Верховного суда Республики Бурятия от 22.04.2024 N 33-1351/2024.
В 2023 году Верховный Суд РФ занял принципиально новую позицию по вопросам признания недействительными кредитных договоров, заключенных в результате мошеннических действий. В Определении от 23 мая 2023 г. N 85-КГ23-1-К1 по делу У.А.П. против ООО “Х** Банк” Верховный Суд сформулировал принципиально новый подход к оценке подобных ситуаций.
Суд указал, что упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными средствами, при котором все действия по заключению кредитного договора и переводу денежных средств сводятся к вводу четырехзначного цифрового кода, направленного банком SMS-сообщением с краткой информацией на латинице, противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, подробно урегулированному законодательством, и “фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как Федеральным законом “О потребительском кредите (займе)”, так и Законом о защите прав потребителей” .
Верховный Суд особо подчеркнул необходимость оценки добросовестности поведения банка, обязанного учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг. Суд указал, что банк должен принимать повышенные меры предосторожности в случаях, когда заявка на получение кредита сопровождается незамедлительным распоряжением о перечислении кредитных средств в пользу третьего лица.
Основания для признания кредитного договора недействительным
Ключевым аргументом в пользу недействительности кредитного договора, заключенного в результате мошеннических действий, является отсутствие волеизъявления заемщика на заключение такой сделки. Как указал Верховный Суд в Определении от 23 мая 2023 г., “волеизъявление клиента на совершение какого-либо действия в информационном сервисе” должно быть действительным и осознанным.
Суд применил положения статьи 178 ГК РФ о недействительности сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения. При этом существенным признается заблуждение относительно природы сделки, которое могло бы повлиять на решение лица о ее совершении. В случае с мошенническими схемами гражданин часто не осознает, что совершает именно кредитную сделку, полагая, что выполняет иные действия (блокировку несанкционированных операций, защиту счетов и т.д.).
Верховный Суд указал на необходимость оценки поведения банка с точки зрения принципа добросовестности, установленного пунктом 3 статьи 307 ГК РФ. Согласно этой норме, при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства.
В контексте мошеннических схем это означает, что банк должен проявлять повышенную осмотрительность при наличии “красных флагов” , к которым относятся:
- Несоответствие операции обычному поведению клиента;
- Незамедлительное перечисление кредитных средств третьему лицу;
- Использование для операций новых устройств, не применявшихся клиентом ранее;
- Совершение в короткий промежуток времени множества операций, не типичных для клиента.
Верховный Суд в своих определениях обратил внимание на необходимость соблюдения специальных требований к предоставлению информации при заключении договоров потребительского кредита. В частности, суд отметил нарушение пункта 2 статьи 8 Закона о защите прав потребителей, который требует доводить информацию до сведения потребителя на русском языке, а также части 6 статьи 3 Закона РФ “О языках народов Российской Федерации”, устанавливающей, что алфавиты государственного языка Российской Федерации строятся на графической основе кириллицы.
Направление банком SMS-сообщений с пояснениями о назначении кодов латинским шрифтом было признано нарушением требований законодательства, затрудняющим понимание потребителем сути совершаемых операций.
Конституционно-правовой аспект защиты прав потерпевших
Статья 52 Конституции РФ устанавливает, что “права потерпевших от преступлений охраняются законом”. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию. Эта норма имеет непосредственное значение для случаев мошенничества с кредитными договорами, поскольку граждане становятся потерпевшими от преступлений, а последствием этих преступлений является возникновение формальных обязательств по кредитным договорам.
Статья 35 Конституции РФ гарантирует защиту права частной собственности. Требования банков об исполнении обязательств по договорам, заключенным в результате преступных действий третьих лиц, по сути, представляют собой попытку лишения собственности без правовых оснований.
В Определении Конституционного Суда РФ от 28.06.2022 N 1559-О подчеркивается, что оспариваемые законоположения (в том числе о недействительности сделок) “не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права” . Однако в более поздних определениях Конституционный Суд указал на необходимость обеспечения баланса прав участников гражданского оборота и учета добросовестности их поведения.
Практические рекомендации по доказыванию в суде
Для успешного признания кредитного договора недействительным необходимо представить комплекс доказательств, подтверждающих мошеннический характер сделки:
- Документы из правоохранительных органов: постановление о возбуждении уголовного дела в котором имеются сведения о том, что кредитный договор был оформлен под воздействием третьих лиц, постановление о признании гражданина потерепевших. Указанные документы носят преюдициальный характер и могут служить существенным доказательством в гражданском процессе.
- Доказательства отсутствия намерения заключить договор: распечатки звонков, скриншоты переписок, свидетельские показания, подтверждающие, что гражданин не имел цели брать кредит.
- Доказательства нарушения банком процедуры заключения договора: распечатки SMS-сообщений с кодами, особенно если пояснения к ним даны на латинице; доказательства отсутствия ознакомления с индивидуальными условиями договора.
- Доказательства необычности операции: выписки по счетам, подтверждающие, что операция по получению кредита с одновременным перечислением средств третьему лицу не типична для поведения клиента.
В судебном процессе необходимо ссылаться на следующие нормы права и правовые позиции:
- Статьи 166, 167, 178 ГК РФ – о недействительности сделок и последствиях недействительности.
- Статьи 819, 820 ГК РФ – о требованиях к форме и содержанию кредитного договора.
- Закон о защите прав потребителей – о правах потребителей при оказании финансовых услуг.
- Федеральный закон “О потребительском кредите (займе)” – о специальных требованиях к заключению договоров потребительского кредита.
- Правовые позиции Верховного Суда РФ, сформулированные в Определениях от 23 мая 2023 г. N 85-КГ23-1-К1 и от 29 августа 2023 г. N 9-КГ23-10-К1.
- Правовые позиции Конституционного Суда РФ о добросовестности и балансе прав участников гражданского оборота.
Заключение
Развитие судебной практики по делам о признании недействительными кредитных договоров, заключенных в результате мошеннических действий, свидетельствует о постепенном становлении справедливого подхода к защите прав граждан, основанного на принципах добросовестности и соразмерности. Правовые позиции Верховного Суда РФ создают важные правовые гарантии для жертв мошенничества, которые ранее несли необоснованно высокие риски, связанные с использованием дистанционных банковских технологий.
Вместе с тем, успешность реализации этих правовых позиций на практике будет зависеть от активности и грамотности самих граждан в отстаивании своих прав, а также от готовности судов всесторонне исследовать обстоятельства конкретных дел и применять новые подходы к оценке поведения банков в условиях повышенных рисков мошенничества.
Формирующаяся судебная практика открывает новые возможности для восстановления нарушенных прав граждан, ставших жертвами мошеннических схем, и способствует повышению ответственности кредитных организаций за внедрение технологий дистанционного обслуживания без должных гарантий безопасности для потребителей.
