Действующим гражданским законодательством достаточно подробно регулируются отношения, связанные с находкой утраченных вещей (ст. 227 ГК РФ)
Однако, не стоит забывать, что в момент обнаружения вещи (денег, или иного имущества), не всегда можно достоверно установить судьбу указанного объекта гражданского права, а тем более намерения лица, утратившего найденную вещь, в отношении такой вещи.
Законодатель закрепил в ГК РФ основания приобретения права собственности не только на имущество, которое имеет собственника, но и на имущество, собственник которого неизвестен, в том числе на находку.
В то же время действия, связанные с присвоением найденной вещи, включая незамедлительное использование либо обеспечения сохранности такой вещи, при условии, что первоначальный собственник указанной вещи от неё не отказывался, в некоторых случаях образует состав преступления, предусмотренный статьей 158 УК РФ (кража, то есть тайное хищение чужого имущества).
В этой связи высшие судебные инстанции дали четкие разъяснения о возможности привлечения к уголовной ответственности лиц, обнаруживших находку и обративших её в свое пользование.
- Так, Постановлением Конституционного Суда РФ от 12.01.2023 N 2-П “По делу о проверке конституционности статьи 227 Гражданского кодекса Российской Федерации, части первой и пункта 1 примечаний к статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, статей 75, 87 и 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.В. Галимьяновой и В.С. Пузрякова”, установлено, что активное поведение лица, нашедшего вещь (заявление о находке, поиски ее собственника и т.п.), исключает уголовную ответственность за ее хищение и служит законодательно конкретизированным критерием для разграничения правомерного и противоправного деяния.
Невыполнение таких активных действий хотя и является по общему правилу неправомерным, но не образует признаков преступления.
Если лицо, обнаружившее найденную вещь, наряду с невыполнением действий, предусмотренных статьей 227 ГК РФ, совершает сокрытие найденной вещи (в тайнике, в своих вещах, в одежде, путем передачи другому лицу в целях сокрытия и т.д.) либо сокрытие признаков, позволяющих индивидуализировать вещь или подтвердить ее принадлежность законному владельцу (вытаскивает сим-карту из телефона, снимает чехол и т.д.), то такое поведение может свидетельствовать о возникшем умысле на хищение.
Поскольку УК РФ относит к объективным признакам хищения не только изъятие, но и обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, то необходима оценка не только факта завладения найденным имуществом, но и его обращения в свою пользу. Такое поведение приобретает общественно опасный характер и образует единое сложное деяние, направленное на неосновательное обогащение, и по своей природе является кражей.
Анализируя изложенную позицию Конституционного Суда РФ, можно прийти к выводу о том, что при наличии действий со стороны лица, обнаружившего находку, направленных на поиск первоначального собственника (размещение объявлений, обращение в правоохранительные органа и т.д., даже в случае, если такие действия не привели к положительному результату), в целях осуществления возврата найденного имущества, исключают уголовную ответственность за хищение.
