Хищение имущества с одновременной заменой его менее ценным, как, например, при совершении мошенничества под видом правомерной сделки, должно квалифицироваться судами как хищение в размере стоимости похищенного. Об этом говорится в изученном РАПСИ (https://www.rapsinews.ru/judicial_analyst/20250902/311115895.html) Определении Конституционного суда (КС) РФ № 1849-О/2025 (https://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision855519.pdf), которым было отказано в рассмотрении жалобы Евгения Бояркина, осужденного за мошенничество со строительством дачных домов.
Как следует из материалов дела, Бояркин получал от владельцев земельных участков деньги за строительство дачных домов в размере их полной стоимости, выполнял незначительный комплекс работ и скрывался с присвоенными средствами.
Не сумев обжаловать приговор во всех инстанциях, он обратился в КС РФ с просьбой проверить конституционность норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, на основании которых ущерб от преступления высчитывается без учета замены похищенного имущества менее ценным.
То есть, по мнению КС РФ, обязательными объективными признаками хищения выступают противоправное завладение имуществом в таком размере, в каком им распорядиться может либо сам виновный, либо лицо, в чью пользу это имущество по его воле отчуждено, а также ущерб, причиненный содеянным.
При этом КС РФ сослался на постановление Пленума Верховного суда РФ № 48 “О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате”, КС РФ, согласно которому при установлении размера похищенного в результате мошенничества, присвоения или растраты судам надлежит иметь в виду, что хищение имущества с одновременной заменой его менее ценным квалифицируется как хищение в размере стоимости изъятого имущества.
Таким образом, КС РФ отметил, что оспариваемые нормы направлены на обеспечение требований справедливого правосудия, на объективное и всестороннее рассмотрение уголовного дела и не содержат положений, допускающих их произвольное применение.
