Родители имеют преимущественное право на воспитание своих детей. Это один из базовых принципов семейного законодательства.
Но означает ли это, что суд всегда обязан вернуть ребёнка родителям, если он живёт у бабушки, дедушки или других родственников без отдельного судебного решения?
Нет. И свежая позиция Верховного Суда РФ хорошо показывает, почему в семейных спорах формального ответа иногда недостаточно.
21 сентября Верховный Суд РФ рассказал о деле 16-летней школьницы, которая не хотела возвращаться к родителям и жила с бабушкой и дедушкой.
Родители обратились в суд. Они потребовали ограничить общение старших родственников с внучкой и вернуть дочь домой.
Бабушка и дедушка подали встречный иск. По их мнению, родители ненадлежащим образом исполняли обязанности по воспитанию, поэтому девочку следовало оставить с ними.
Сама школьница в судебном заседании прямо сказала, что возвращаться домой не хочет.
- Три судебные инстанции поддержали родителей.
На первый взгляд логика понятна: родители имеют преимущественное право на воспитание ребёнка и вправе требовать его возврата от лица, которое удерживает ребёнка без законного основания или решения суда.
Однако Верховный Суд РФ отменил принятые судебные акты.
Причина принципиальна: право родителей не может рассматриваться отдельно от интересов самого ребёнка.
Право родителей на возврат ребёнка действительно существует: Статья 68 Семейного кодекса РФ прямо предусматривает, что родители вправе требовать возврата ребёнка от любого лица, которое удерживает его не на основании закона или судебного решения.
Поэтому утверждение, что бабушка или дедушка могут просто оставить ребёнка у себя вопреки воле родителей, было бы неверным.
Но у этой нормы есть вторая часть, о которой на практике иногда забывают.
Суд вправе отказать родителям в возврате ребёнка, если придёт к выводу, что передача им ребёнка не отвечает его интересам.
То есть преимущественное право родителей существует, но оно не является автоматическим основанием для решения спора.
Суд должен ответить на более сложный вопрос: что в конкретной ситуации соответствует интересам конкретного ребёнка?
Мнение ребёнка после десяти лет нельзя просто выслушать и забыть: Статья 57 Семейного кодекса РФ закрепляет право ребёнка выражать мнение по любому вопросу, затрагивающему его интересы.
Если ребёнку исполнилось десять лет, учёт его мнения обязателен, кроме случаев, когда это мнение противоречит его интересам.
Это не означает, что ребёнок после десяти лет самостоятельно решает, с кем ему жить. Но и превращать его позицию в формальность суд не вправе.
В рассматриваемом деле речь шла о 16-летней девушке. Это уже возраст, когда суду особенно важно выяснить не только сам ответ подростка, но и причины такого ответа.
- Почему она не хочет возвращаться домой?
- Как давно живёт у родственников?
- Какие отношения сложились с родителями?
- Есть ли устойчивый конфликт?
- К кому ребёнок эмоционально привязан?
- Не является ли его позиция результатом давления со стороны взрослых?
- Что произойдёт с его психологическим состоянием при принудительном возвращении?
Без ответа на эти вопросы фразы «ребёнок хочет» или «ребёнок не хочет» сами по себе мало что объясняют.
Что не сделали нижестоящие суды?
По сообщению Верховного Суда РФ, бабушка и дедушка ссылались на заключение экспертов, которое подтверждало эмоциональную привязанность внучки к ним.
Однако нижестоящие суды сосредоточились прежде всего на преимущественном праве родителей на воспитание.
Именно такой подход Верховный Суд РФ счёл недостаточным.
При разрешении спора необходимо оценивать нравственные и иные качества родителей, отношения ребёнка с близкими, эмоциональную привязанность и другие обстоятельства, способные повлиять на развитие и формирование его личности.
Иными словами, семейный спор нельзя разрешить только ссылкой на юридический статус взрослых.
Родитель остаётся родителем. Но предмет судебной защиты в таких делах шире: суд защищает в том числе права и интересы несовершеннолетнего.
Значит ли это, что подросток может сам выбрать бабушку вместо родителей?
Тоже нет.
Здесь важно не сделать из позиции Верховного Суда РФ обратный, столь же формальный вывод.
Проживание ребёнка у бабушки или дедушки само по себе не прекращает родительских прав и не передаёт родственникам статус законных представителей.
Суду необходимо установить, почему ребёнок оказался у родственников и отвечает ли продолжение такого проживания его интересам.
Одно дело, если подросток ушёл после обычной семейной ссоры и взрослые фактически поощряют конфликт с родителями.
Другое, если ребёнок длительное время живёт у родственников, имеет с ними устойчивую эмоциональную связь, а возвращение к родителям связано с серьёзным психологическим неблагополучием.
Эти ситуации внешне похожи, но юридически требуют совершенно разной оценки.
Какие доказательства действительно важны?
В семейных делах я всегда обращаю внимание на одну проблему: сторона нередко пытается доказать свою позицию общими характеристиками.
- «Я хороший родитель».
- «У ребёнка всё есть».
- «Бабушка настраивает его против нас».
- «Он сам решил жить со мной».
Для суда этого недостаточно.
Нужно подтверждать конкретные обстоятельства жизни ребёнка.
Значение могут иметь заключение органа опеки, психологическое или психолого-психиатрическое исследование, сведения из школы, характеристики, медицинские документы, переписка, данные о длительности проживания у родственников, свидетельские показания, обстоятельства общения с каждым членом семьи.
При этом ни одно доказательство не должно оцениваться изолированно.
Например, высокий доход родителей не доказывает, что возвращение домой соответствует интересам ребёнка.
И наоборот, сильная привязанность к бабушке сама по себе ещё не свидетельствует о ненадлежащем воспитании со стороны родителей.
Суд должен увидеть общую картину.
Особое значение имеет экспертиза
Если спор сопровождается серьёзным семейным конфликтом, вопрос эмоциональной привязанности и психологического состояния ребёнка может требовать специальных знаний.
Эксперт может исследовать отношения подростка с родителями и родственниками, наличие страха, давления, зависимости, признаки индуцированного отношения к одному из взрослых, возможные последствия изменения места проживания.
Но экспертиза не заменяет решение суда.
Суд обязан сопоставить её выводы со всеми другими доказательствами и объяснить, почему принимает или отвергает соответствующие выводы.
Если одна сторона представляет серьёзное доказательство, а суд просто его не анализирует, это создаёт существенный риск отмены решения.
И именно доказательственная часть свежего дела Верховного Суда РФ представляется мне особенно важной.
А если родители действительно ненадлежащим образом исполняют свои обязанности? Тогда спор становится ещё сложнее.
Бабушка и дедушка не приобретают родительские права только потому, что считают воспитание родителей неправильным.
Если имеются основания говорить об угрозе интересам ребёнка, могут возникнуть вопросы о защите его прав органами опеки, об ограничении или лишении родительских прав, об установлении опеки и о других предусмотренных законом механизмах.
Но каждый из них требует собственных оснований и доказательств.
Нельзя подменить такой процесс простым утверждением: «ребёнку у нас лучше».
С другой стороны, суд также не вправе сказать: «это родители, поэтому ребёнок должен вернуться», не исследовав последствия такого решения.
Что я считаю главным выводом этой позиции
В семейных спорах право взрослого и интерес ребёнка не всегда совпадают.
Родительские права защищаются законом, но осуществляться вопреки интересам детей они не могут. Это прямо следует из статьи 65 Семейного кодекса РФ.
Поэтому в деле о возврате ребёнка суд должен установить не только то, кто юридически вправе его воспитывать, но и то, какое решение в конкретной жизненной ситуации действительно отвечает интересам несовершеннолетнего.
Особенно если речь идёт о подростке, который способен сформулировать собственную позицию и объяснить её причины.
Свежая позиция Верховного Суда РФ не отменяет преимущественного права родителей.
Она напоминает о другом: преимущественное право не освобождает суд от обязанности исследовать обстоятельства жизни ребёнка.
И, на мой взгляд, именно здесь проходит граница между формальным применением семейного законодательства и реальной защитой несовершеннолетнего.
Если в семье возник спор о месте проживания ребёнка, возврате его от родственников или порядке общения, важно как можно раньше формировать доказательственную базу. В таких делах значение имеет не количество обвинений в адрес другой стороны, а качество доказательств того, какое решение действительно отвечает интересам ребёнка.
Ольга Богославцева, адвокат Адвокатской палаты г. Москвы.
Практика: сложные семейные, наследственные и имущественные споры.
