Цифровые технологии активно используются в современной криминалистике, причем совершенно в разнообразном качестве. Особую роль они играют при раскрытии преступных деяний, в частности совершенных в цифровом пространстве. Внедрение цифровых атрибутов в преступную деятельность обусловлено в том числе и активной государственной деятельностью по цифровизации государственных и общественных функций.
Области внедрения цифровых технологий не ограничены — к ним относятся и экономика, и здравоохранение, и государственное управление.
Цифровая революция не только принесла пользу экономике и социуму, но и открыла для криминалитета новые способы совершения преступлений — с использованием IT-технологий. Согласно данным официальной статистики, за прошедший год зарегистрировано более 294 тысяч преступлений, совершенных с использованием информационно-телекоммуникационных технологий — на 70 % больше, чем в 2018 году.
Так, в конце прошлого года в структуре Главного следственного управления Следственного комитета РФ и в системе Министерства внутренних дел РФ созданы подразделения по расследованию киберпреступлений и преступлений в сфере высоких технологий.
Формирование специализированных структур — необходимый шаг для борьбы с киберпреступлениями, характеризующимися трансгранитность и неочевидностью. Ситуация с кибепреступностью осложняется широкомасштабным распространением коронавируса с последовавшим за ним экономическим упадком и информационной изоляцией — удаленная работа, сокращение штата и финансовый кризис — отличная почва для IT-криминала.
Актуальные проблемы, связанные с киберпреступностью
Далее рассмотрим актуальные проблемы, связанные с киберпреступностью, — мошенничество, «пробив» и электронные кошельки. Хищения перешли в онлайн — следствие развития информационных технологий. Отсутствие физического контакта между преступником и потерпевшим не только облегчает совершение преступления, но и позволяет скрыть следы криминальной активности.
В условиях коронавирусной пандемии поле деятельности для злоумышленников расширилось — продажа фейковых цифровых пропусков, направление несуществующих штрафов и т. д. Традиционные для новой эры способы дистанционных хищений — фишинг и вишинг— также активно используются преступниками. При квалификации конкретных фактических обстоятельств необходимо провести четкую линию демаркации между различными формами посягательств против собственности.
Вместе с тем, с точки зрения юридической техники, законодательные положения не всегда отвечают приведенной аксиоме. В 2012 году УК РФ дополнен новым видом мошенничества в сфере компьютерной информации (ст. 159.6)
Думается, что с позиций теории уголовного права и рекомендаций высшей судебной инстанции данное преступление не является мошенничеством, поскольку хищение совершается не путем воздействия на психику потерпевшего, а посредством «вмешательства в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации или информационно-телекоммуникационных сетей».
Данное преступление — самостоятельная форма хищений с использованием IT-технологий. Следует заметить, что для совершения хищений в режиме «онлайн» у злоумышленников должен быть минимальный пакет информации о предполагаемой жертве. В этих целях преступники нередко пользуются услугами «пробива» (если самостоятельно не являются их поставщиками).
После прохождения «информационной стадии» хищения и непосредственного его совершения злоумышленники занимаются сокрытием преступно полученных доходов. Широкой популярностью у криминалитета пользуются электронные кошельки, которые дают возможность «отмыть» похищенные денежные средства.
Кроме того, электронные кошельки, в частности биткоин-платформы, стали дистанционной площадкой для совершения иных преступлений, в том числе связанных с незаконным оборотом наркотиков. Вышеуказанные проблемы предполагают скорейшее развитие цифровой криминалистики, которая способна обеспечить эффективное расследование и раскрытие преступлений в компьютерной области.
В целом современная уголовно-правовая база для противодействия киберпреступности отвечает потребностям времени и сложившейся правоприменительной практике.
Однако следует признать, что специфика такого рода криминальных деяний состоит в их латентности, неочевидности и трансграничности, в связи с чем необходимо применение комплекса мер по предупреждению и ликвидации последствий преступлений в сфере IT, в частности: выработка стратегий кибербезопасности на всех уровнях, активное международное сотрудничество и приведение специального законодательства в соответствие с новейшими тенденциями в сфере информационных технологий.
Сейчас цифровые следы — инструмент установления обстоятельств по уголовному делу. Они остаются как на смартфонах, так в сетях Интернет. При этом существует комплекс механизмов, которые способны не только изъять информацию с электронных устройств, но и проникнуть в глубину цифровых взаимоотношений.
В любом случае необходимо обеспечить законность работы с электронными носителями, обоснованность совершения тех или иных действий. В этих целях важно развивать цифровые технологии и стремиться к повышению эффективности инструментов форензик-расследования в ходе производства по уголовному делу, а также проведения оперативных мероприятий. При этом классические инструменты криминалистики уже не справляются с существующими проблемами в области преступности в области информационных технологий.
Заключение
В настоящей работе предпринята попытка рассмотреть современные возможности раскрытия, а также и расследования преступлений по электронным следам. Для реализации указанной цели определена правовая природа электронных следов, рассмотрены их процессуальное и криминалистическое значение, сформулированы меры по совершенствованию механизма расследования.
Современными возможностями раскрытия и расследования преступлений по электронным следам, являются вычисление айпи-адреса преступника, специальные антишпионские программы, средства фиксации, современные цифровые технологии.
При этом достигнутый уровень развития составляющих цифровой криминалистики допускает нам обеспечить раскрытие, а также и расследование особо сложных преступлений, которые ранее справедливо считались латентными.
