💻Сделки на разработку ПО проваливаются не в коде. Они проваливаются в одной строчке договора — той, о которой никто не спорил на переговорах, потому что обе стороны были уверены, что с ней «и так понятно». Покажу, как это выглядит вживую, на развилке из реальной сделки — со стороны заказчика и со стороны исполнителя одновременно.
💼Сцена первая: как обе стороны подписали договор, уверенные в противоположном
Логистическая компания заказала у студии систему автоматизации складов. 2,4 млн., восемь складов, 200 пользователей. На переговорах директор компании сказал: «Мы платим — значит, программа наша». Руководитель студии в это же время у себя в голове приписал: «Код писали наши люди — значит, он наш, а клиенту мы отдаём доступ».
Договор это противоречие не разрешил — он о правах вообще не сказал ни слова. Предмет звучал аккуратно: «услуги по настройке и внедрению программного продукта». Обе стороны поставили подписи. Обе были уверены, что выиграли.
Три года система работала. Потом студия прислала письмо: «Вы превысили число лицензий на 143 абонента — доплатите». Директор ответил: «Какие ещё лицензии? Мы купили программу». Студия ответила: «Какую ещё программу? Мы продаём доступ».
💼Сцена вторая: развилка — закон смотрит не в головы, а в договор
Дальше всё решает не то, «кто прав по понятиям», а две вещи: кто юридически был исполнителем и что именно написано в предмете договора. Вот та самая развилка:
Ветвь 1 — исполнитель компания, предмет «создание программы». По ст. 1296 ГК РФ исключительное право переходит к заказчику прямо в силу закона. Студия уверена, что код её, — но её уверенность не стоит ничего: диспозитивная норма сработала против неё молча, в момент подписания.
Ветвь 2 — исполнитель компания, предмет «настройка и внедрение». Ст. 1296 ГК РФ не применяется вообще: нет создания произведения — нет автоматического перехода права. Заказчик платил за «услуги», и то, что он в этот момент приобрёл, юристы объясняют через суд. В похожем деле исполнитель «обследовал процессы, подбирал продукт и настраивал» — суд признал: разработки не было, нормы о заказе не действуют.
Ветвь 3 — исполнитель физлицо или ИП, предмет любой. Ст. 1288 ГК РФ переворачивает всё: оплата сама по себе прав не передаёт. Пока в договоре нет прямого условия об отчуждении исключительного права — код остаётся у автора. Фрилансер, который «просто писал как подрядчик», по умолчанию владеет результатом сильнее, чем заказчик, который заплатил.
Обратите внимание на сцену: логистическая компания попала во вторую ветвь — «настройка и внедрение», — то есть самая выгодная для неё норма сработать не могла. А у студии, к её собственному удивлению, не было и третьей ветви: её код писали наёмные сотрудники, а не авторы по заказу. Обе стороны уверенно стояли на юридической земле, которой под ними не было.
💼Сцена третья: вскрылось то, чего не знали ни заказчик, ни исполнитель
Когда мы сели разбирать документы, противоречие лицензий оказалось только верхушкой. Под ним обнаружились три вещи, о которых не вспомнил ни один подписант:
— исходники жили у исполнителя. Репозиторий, сборочная среда, документация — всё у неё. Заказчик, даже получи он право в суде, физически не смог бы поддерживать свою же систему без «милости» контрагента;
— у студии остаётся безвозмездная лицензия «для собственных нужд» на всё, что перешло заказчику, — это вшито в ст. 1296 ГК РФ, и договор, который о ней молчит, не отменяет её. На практике это значит: решение, сделанное под ваш склад, студия вправе развивать и продавать дальше;
— у студии не был оформлен служебный модуль. Разработчик, писавший ядро, уволился — и за ним не было закреплено никакой передачи прав: в трудовом договоре пусто, служебные задания не фиксировались. Суды в таких делах отказывают работодателям: само по себе наличие трудовых отношений не делает произведение служебным.
То есть на одном проекте одновременно не принадлежало друг другу: заказчик не владел кодом, студия не владела кодом, а уволившийся разработчик владел им юридически, но не знал об этом.
💼Сцена четвёртая: чем кончилось — и почему без суда
Спор с «143 абонентами» закрылся переговорами, потому что слабое место было у обеих сторон. Заказчику мы показали, что его договор не даёт студии оснований для лицензионных требований (предмет не о создании — значит, и «лицензий» как продукта не было). Исполнителю — что его требования строятся на правах, которые он не может подтвердить, а модуль уволившегося сотрудника — его же собственная дыра, которую заказчик теоретически мог развернуть против неё.
✅Итог: исходники переданы, ограничение снято, право зафиксировано актом. Обе стороны ушли с ощущением, что «разрулились» — потому что оба почти проиграли и это понимали.
Мораль сцен: в сделке по разработке не бывает «понятно без слов». Бывают две стороны, каждая уверена в противоположном, и одна строчка договора, которая этой уверенности не соответствует.
💡Сценарий переговоров, который стоит провести до подписания
Пройдите по этим пяти вопросам — каждый снимает одну развилку:
- Кто исполнитель — компания или автор-физлицо? От этого зависит, чья норма будет работать по умолчанию: 1296 ГК РФ в Вашу пользу или 1288 ГК РФ против Вас.
- Как назван предмет? Слово «создание» открывает ст. 1296 ГК РФ, слова «настройка», «внедрение», «сопровождение» закрывают её.
- Прямое условие о переходе права — с какого момента и что остаётся у исполнителя. Молчание — это не нейтральность, это чужая ветвь развилки.
- Передача исходников обязательством, а не жестом доброй воли: репозиторий, документация, ключи, среда сборки.
- Сторонние лицензии: Open Source и SDK проверяются на совместимость до подписания, потому что потом их условия менять поздно.
📩 Если есть желание, можем разобрать Ваш кейс на индивидуальной консультации.
В случае дальнейшего сотрудничества итоговая стоимость по делу уменьшается на стоимость проведённой консультации.
С уважением Ваш юрист, Андрей Григорьевич!
Публикация не является публичной офертой или юридической консультацией. Обстоятельства дела изменены, детали обезличены.

