История одного банкротства и вопрос, который может возникнуть у любого бывшего селлера.
Когда человек закрывает бизнес, ему кажется, что всё должно закончиться сразу.
ИП закрыто.
Новых товаров нет.
Поставок нет.
Продаж больше не будет.
Но с маркетплейсом так не всегда.
Могут продолжаться выплаты за прежние продажи, возвраты, взаиморасчёты. Где-то ещё остаётся товар.
И тогда возникает неприятный вопрос:
а точно ли человек прекратил бизнес?
Именно с такой ситуацией столкнулась Рындовская Юлия Андреевна.
«Она продолжает торговать»
Рындовская занималась интернет-торговлей, в том числе через Вайлдберриз.
20 апреля 2023 года её признали банкротом и ввели процедуру реализации имущества.
Но один из кредиторов счёл, что торговля фактически продолжается.
В качестве доказательств фигурировали, в частности, фотографии товаров в интернете.
Логика кредитора была понятна: если в интернете есть фотографии одежды, значит, возможно, человек по-прежнему занимается продажами.
Только вот для суда этого оказалось недостаточно.
Магазин может жить дольше бизнеса
В этом деле есть важное различие.
Закрытие бизнеса не обязательно означает, что все связанные с ним операции прекращаются в один день.
Допустим, селлер прекратил закупки и поставки.
Но на маркетплейсе ещё остался товар.
Его могут продать.
Покупатель может оформить возврат.
Маркетплейс может перечислить деньги за старую продажу.
Такие операции ещё не означают, что селлер заново запустил бизнес.
Совсем другая ситуация, если после заявленного прекращения появляются:
- новые закупки;
- новые поставки;
- новые продажи;
- новый товарный запас;
- регулярный денежный поток от продолжающейся торговли.
Поэтому вопрос должен звучать не «почему после закрытия магазина ещё происходят операции?», а:
«Что именно стоит за этими операциями?»
Суд посмотрел не на фотографии, а на движение денег
При новом рассмотрении дела суд исследовал финансовые документы.
Апелляционный суд указал, что движение денежных средств подтверждало фактическую финансово-хозяйственную деятельность Рындовской до июля–августа 2022 года, после чего она фактически прекратилась.
А фотографии из социальных сетей сами по себе не доказали, что в период банкротства должник продолжал предпринимательскую деятельность и получал неучтённый доход.
Это, пожалуй, главный практический момент этой истории.
Цифровой след бизнеса — ещё не доказательство продолжающегося бизнеса.
Карточка товара может остаться.
Фотография может быть старой.
Магазин может технически существовать.
А вот движение денег, новые поставки и документы позволяют гораздо точнее установить, что происходило на самом деле.
Но дело пришлось рассматривать заново
Есть ещё один важный момент.
Изначально суд уже завершил процедуру и освободил Рындовскую от долгов.
Однако 6 декабря 2023 года апелляция отменила это определение и направила вопрос на новое рассмотрение.
Причина была не в том, что апелляция установила: «Рындовская продолжает торговать».
Суд указал на необходимость проверить, принял ли финансовый управляющий все необходимые меры для формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов. A51-611-2023_20231206_Postanovlenie_apelljacionnoj_instancii.pdfPDF
И это принципиальная разница.
При банкротстве селлера нужно проверить не только:
«Продолжал ли он торговать?»
Но и:
«Что осталось от прежнего бизнеса и где находятся эти активы?»
Товар, деньги от его продажи, требования к маркетплейсу — всё это может иметь значение для конкурсной массы.
Чем всё закончилось?
После нового рассмотрения суд снова завершил процедуру.
Кредитор снова утверждал, что должник продолжал предпринимательскую деятельность.
Но доказательств, достаточных для отказа в освобождении от долгов, суды не установили.
11 марта 2025 года Пятый арбитражный апелляционный суд оставил решение в силе.
При этом суд отметил, что для применения пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве необходимо доказать очевидную недобросовестность поведения должника. A51-611-2023_20250311_Postanovlenie_apelljacionnoj_instancii.pdfPDF
Что я бы взял из этой истории селлеру на заметку
Если бизнес действительно прекращён перед банкротством, важно не просто закрыть ИП.
Нужно понимать, что произошло с последними товарами и деньгами.
Сохранить документы о закупках и поставках.
Разобраться с остатками.
Понимать происхождение последующих выплат от Вайлдберриз или Озон.
И главное — не смешивать две совершенно разные ситуации:
завершение старого бизнеса
и
продолжение нового бизнеса.
Для суда это не одно и то же.
Главное
История Рындовской показывает: сам по себе работающий аккаунт на маркетплейсе, фотографии товаров или поступление денег после прекращения бизнеса ещё не отвечают на вопрос, продолжал ли человек торговать.
Нужно смотреть на содержание операций и их последовательность.
А уже после этого решать, есть ли основания говорить о продолжении деятельности, сокрытии имущества или недобросовестном поведении.
Именно поэтому при банкротстве селлера важны не отдельные «следы» в интернете, а вся финансовая картина бизнеса.
